У юриста всегда будет дело

Начну издалека. Я россиянин, но с раннего возраста жил, учился и получил аттестат зрелости в Швейцарии. Когда встал вопрос выбора будущей профессии, конкретных предпочтений у меня не оказалось. Тогда мой отец, который занимался международной торговлей, дал мне хороший совет: юрист всегда сможет стать бизнесменом, но не наоборот.

Я прислушался к его словам и выбрал учебное заведение в Великобритании, но с такой программой, где часть обучения нужно было провести во Франции, в Руанском университете. Это оказался правильный выбор. Там учились студенты со всей Европы, и сейчас, когда мне нужен консультант в любой точке Старого Света, я легко нахожу его в лице кого-то из моих однокурсников или с их помощью.

Доучившись, я поступил в Лондонскую Юридическую Школу – это последняя ступень высшего профессионального образования, перед тем как приступить к работе. Но после ее окончания обстоятельства заставили меня вернуться в Россию.

Это оказалось если не трагедией, то большим потрясением. С раннего юношества я бывал в России лишь на каникулах, и когда вернулся насовсем, все пришлось начинать с нуля. И как минимум нужно было устроиться на работу.

Надо сказать, что мой опыт взаимодействия с российским законодательством на тот момент был скудным и ограничивался летней практикой в Andersen Legal и EY Legal, а потом в Linklaters. Первым работодателем стала коллегия «Барщевский и партнеры», куда меня приняли помощником адвоката. Один из партнеров стал первым моим наставником. Практически с нуля он лепил из меня юриста: скрупулезно разбирал мои ошибки, учил важным приемам работы.

Было забавно, когда знания, полученные в английском университете, я попробовал применить при составлении российского договора, где написал: «Стороны обязуются действовать разумно…». Начальник поинтересовался, не сошел ли я с ума, и попросил запомнить, что лишь пенями и штрафами можно добиться уважения контрагентов. В 2004 году это действительно выглядело странновато. Помимо прочего, он предложил мне поменьше улыбаться клиентам, дабы не потерять их уважение…

Стороны обязуются…

Время шло, я нарабатывал собственных клиентов, осваивал национальное право, наблюдал, как иностранные компании справляются с российскими реалиями. Тут я начал осознавать, что без адвокатского  удостоверения не смогу продвигаться по карьерной лестнице и не стану партнером коллегии. Для этого нужен диплом российского вуза. И поступил на заочное отделение в МГЮА. Обладая приличным опытом работы, я считал, что учеба будет бесполезной тратой времени. Но как оказалось – ошибочно. Неожиданно возник интересный клиент из Японии. Это была буддийская религиозная организация «Агон Сю» которая устраивала благотворительные акции за пределами своей страны. Их церемонии предполагают разведение кострища в местах, обладающих особым трагическим значением. Обряды сопровождаются многолюдным шествием в ритуальных костюмах под бой барабанов и обязательным подношением в дар разнообразной пищи.

Такой ритуал был проведен в Освенциме. В память о погибших узниках пламя поглотило освященные поминальные бальзовые дощечки. Теперь в планах «Агон Сю» значился Хабаровск, где находится захоронение останков японских военнопленных, погибших в лагерях после Второй мировой войны.

Задача разжечь большой костер в центре российского города и пройтись вокруг него с метровыми мечами была довольно сложной. Требовалось предварительное юридическое заключение. Чтобы продемонстрировать особенности ритуала, японцы пригласили меня в Токио и Киото. Вот там-то, в стране Восходящего Солнца, я и встретил свою будущую жену, канадскую подданную. За полгода мы оформили наши отношения, и моя жена переехала жить в Россию.

Москва неплохо приняла новоиспеченную декабристку. Тем не менее через год меня прямо спросили: «Что мы делаем в России?». И действительно, оказавшись счастливым обладателем иностранной жены, я вдруг осознал (или, скорее, меня к этому подтолкнули), что у меня появился второй шанс построить карьеру за рубежом. Опять начав все с нуля. Но уехать за границу можно, только если я продолжу учиться дальше… Осенью 2009 года мы покинули Москву, и я приступил к занятиям в магистратуре лондонского Королевского колледжа.

Пять тяжелых томов

Передо мной был колоссальный список специальностей. И неожиданно для себя я выбрал английское и международное налогообложение. Свою роль сыграла личность преподавателя, который полушутя-полусерьезно заявил, что taxes are sexy! К тому же хотелось понять, какую альтернативу предложить российским клиентам, сидящим в опостылевших офшорах и на Кипре.

Налоговая система Англии кардинально отличается от российской как минимум в силу возраста – ей как никак больше трехсот лет! Был шок: как осилить все эти нескончаемые правила? При покупке кодекса я даже испытал некоторое замешательство – пять весьма тяжелых томов и тринадцать тысяч страниц убористого текста на папиросной бумаге!

Я учился и параллельно искал работу. Искал ее на рынке, перенасыщенном юристами и бухгалтерами с правильными паспортами, которым не нужно получать разрешение на работу в Великобритании. Неожиданно судьба свела меня с Роем Сондерсом (Roy Saunders), владельцем фирмы IFS Consultants, мировым экспертом по налоговому планированию, моим будущим работодателем и вторым наставником.

Мы познакомились на конференции. Рой автор учебника, по которому меня учили в Англии. В самом начале знакомства он поручил мне отчет по российскому праву для его клиента. После чего я вызвался помочь ему с подготовкой учебных материалов для студентов и с преподаванием курса лекций по налогообложению.

Итак, учеба моя заканчивалась, жена была беременна, а перспективы туманные, и я предложил Рою взять меня на работу. Он согласился.

Долгая дорога к успеху

В IFS Consultants я работаю с 2010 года, а в 2016 стал партнером. Выходцы из стран бывшего СССР предпочитают не думать о смерти. У вас есть завещание? Сегодня я заставляю клиента задуматься и принять какое-то решение, чтобы его дети получили наследство и не платили 40-процентный налог с него. В моей работе важную роль играет внутреннее чутье, развитие которого заняло много времени. Ведь порой не знаешь, сработает та или иная стратегия налогового планирования или нет, и лишь интуиция подскажет, стоит ли клиенту ввязываться в конкретное дело. То есть нужно отсечь все негодные пути и дать один, максимум два четких плана действий.

Зачастую мы выполняем функции семейного офиса. К примеру, зажиточный эмигрант приезжает в Лондон, где хочет купить дом; ему необходим бухгалтер, нотариус, юрист, которые будут вести его дела. Мы не занимаемся этим сами, но подбираем профессионалов, если нужно, координируем их работу. Часто люди, которые никогда долго не жили за границей, думают, что здесь все намазано медом. Такое упрощенное стереотипное мнение. Но когда ты каждый день ходишь на работу, когда у тебя ипотека и нужно устроить ребенка в школу, Москва и Лондон становятся очень похожи. Главное отличие в другом. Здесь нельзя быстро добиться успеха. Траектория достижения того или иного карьерного статуса известна заранее. По сравнению с Россией этот путь гораздо дольше, но, по крайней мере, понятна процедура, которой нужно следовать. Каждый день приходится прилагать титанические усилия.

Чтобы пробиться, нужен либо счастливый случай, либо исключительная компетенция. Я стал востребованным на волне массовой миграции состоятельных семей из стран СНГ в Великобританию. Дело в том, что русскоязычных специалистов по английскому и международному налоговому планированию со знанием российского права в Лондоне просто нет. В Великобритании есть все условия для открытия собственного бизнеса. Но, к сожалению, навыки, полученные в России, здесь не очень востребованы. Приходится развиваться с нуля, менять менталитет и готовиться к тому, что успех обеспечивают кровь, пот и слезы. Уникальные специалисты в какой-нибудь экзотической технической сфере имеют больше шансов добиться признания без дополнительных вложений в знания.

Дополнительный барьер при получении работы создает жесткая система контроля иммиграции и квотирования рабочих мест. Впрочем, она вполне лояльна к работникам с высокой зарплатой и к желающим инвестировать в британскую экономику.

Великое множество соотечественников, русские рестораны и магазины, певцы, музыканты, театральные и балетные труппы позволяют не скучать по родине и ее жизненному укладу. Местная тусовка в Лондоне очень восприимчива к культурным веяниям из России: ДДТ, 5’nizza, Земфира, Ленинград –здесь все это есть.

Конечно, родители остаются главным связующим звеном с Россией, но теперь моя семья в Лондоне, а мой дом там, где моя семья. §

Текст: Елена Салина