Юристы переходят из одних юридических фирм в другие каждый день. И крупные американские юрфирмы в этом отношении не исключение. Происходит это по самым разным причинам, в основном по экономическим: рыба ищет где глубже, а юрист – где лучше платят. И очень редко подробности подобных переходов, особенно скандальные,  становятся достоянием общественности, если только миграция лойеров на новые, более зелёные пастбища не связана с судебными разбирательствами. Юридический бизнес не любит излишней публичности и обычно старается не демонстрировать окружающим своё грязное бельё.

Но бывают и исключения, которые всегда привлекают внимание, особенно если они касаются лидеров мирового юридического рынка, таких как американская Quinn Emanuel Urquhart & Sullivan. Это одна из самых рентабельных фирм мира (средняя прибыль на долевого партнёра – $5.015 млн.) и самая доходная фирма, занимающаяся исключительно разрешением споров (годовой доход – $1,204 млрд.). В середине января 2018 года было объявлено, что из неё уходит группа   партнёров, ведомая Филиппе Селенди (Philippe Selendy) и Фэйт Гей (Faith Gay). Одновременно с этим было объявлено, что они создают бутиковую юрфирму Selendy & Gay.

Партнёры фирмы Selendy & Gay. Все пришли из Quinn Emanuel. Источник фото https://biglawbusiness.com/quinn-emanuel-partners-launch-nyc-law-firm/

Филиппе Селенди являлся главой практики по разрешению споров в области ценных бумаг и структурированного финансирования Quinn Emanuel, в своё время получил большую известность, представляя клиентов, которые судились с коммерческим банкам по поводу их сделок с ценными бумагами, обеспеченными ипотечными кредитами, в преддверии финансового кризиса. В частности, он выступал ведущим внешним юристом Федерального агентства США  по финансированию жилья, которое предъявило многочисленные иски банкам. По заключённым при помощи Селенди мировым соглашениям банки-ответчики согласились выплатить агентству более $25 млрд.  Селенди был назван «Литигатором 2015 года» престижным американским изданием The American Lawyer.

Фэйт Гей была сопредседателем американской судебной практики Quinn Emanuel, она весьма успешный коммерческий литигатор. Специализация –  гражданско-правовые споры по антимонопольным вопросам, ценным бумагам, сложным вопросам финансирования, а также в сфере коллективных потребительских исков. Среди её клиентов такие гиганты бизнеса, как Coca-Cola, Home Depot, Colgate-Palmolive, Morgan Stanley и Charles Scwab & Co. Получила известность в качестве одного из адвокатов команды Quin Emanuel, которая в 2009 году добилась победы в громком конституционном споре в штате Нью-Йорк, в результате чего было признано право тогдашнего губернатора-демократа назначить своего заместителя взамен выбывшего в период между выборами.

Фэйт Гей Источник фото https://selendygay.com/people/faith-gay/

Обычно, когда из крупных американских юрфирм уходят к конкурентам партнёры, покинутые фирмы либо вообще не комментируют такой уход, либо ограничиваются нейтральными заявлениями и пожеланиями «успеха в будущих начинаниях». Реакция руководства Quinn Emanuel на уход группы Селенди и Гей поначалу не сильно отличалась от того, что в подобных ситуациях говорят и делают на публике другие фирмы – то есть принижают значение случившегося и подчёркивают свою прежнюю силу, которую нисколько не уменьшило расставание с перебежчиками. В связи с чем январе этого года старший партнёр Джон Куинн официально заявил: «Мы, конечно, уважаем решение наших дорогих коллег продолжить их практику на более маленькой платформе, но мы не ожидаем, что их уход будет иметь сколько-нибудь существенное воздействие на нашу практику и наши доходы».

Но дальше события разворачивались совсем не так, как кто-то из непосвящённых за пределами фирмы мог ожидать. В наши дни на Западе юристы, добровольно покидающие свои фирмы, перед уходом обычно направляют прощальный имейл своим теперь уже бывшим коллегам. Обычно пишут о том, как приятно было со всеми работать и общаться столько-то лет, благодарят за радости от совместного труда и дружбы и призывают «быть на связи», для чего сообщают коллегам свою новую контактную информацию. Примерно также прощалась и благодарила коллег по Quinn Emanuel Фэйт Гей, отправив сообщение всем сотрудникам фирмы вечером 14 февраля – свой последний день в фирме. Но в конце традиционного прощального текста она поместила вот это стихотворение:

The life that I have
Is all that I have
And the life that I have
Is yours.

The love that I have
Of the life that I have
Is yours and yours and yours.

Вот его русский перевод (источник http://www.proza.ru/2013/04/23/382):

Жизнь, что есть у меня –
Все, что есть у меня,
И жизнь эта вся –
Твоя

Есть любовь у меня,
И она на  всю жизнь,
Вся твоя, твоя, твоя

Такая слащавая концовка последнего имейла бывшим коллегам по работе не очень соответствовала настроению момента многих из тех, кому послание было адресовано. Всё-таки человек уходит из фирмы к конкуренту, пусть хоть и вновь создаваемому, и уносит с собой приличный кусок бизнеса в лице клиентуры плюс изрядное количество высококвалифицированных юристов, заменить которых всегда проблема. Какая уж тут любовь? Кроме того, выбор именно этого стихотворения также является показательным. Оно было написано в 1943 году сотрудником британских спецслужб – шифровальщиком Лео Марксом в память о его девушке, погибшей в авиакатастрофе, и было использовано в качестве шифровального стихотворения для британской диверсантки, 23-летней красавицы Виолетты Шабо, которая была схвачена и казнена гитлеровцами в оккупированной Франции. Использование в прощальном офисном послании  одного из самых известных стихотворений времён Второй мировой войны, неразрывно связанного с человеческими трагедиями, только добавило данному представлению неуместной пафосности.

И ответ не заставил себя ждать: на имейл со стихами ответил сам Джон Куинн. В прозе. И без обиняков. Вот перевод на русский полного текста его ответного сообщения, опубликованного изданием “Above the Law”,  которое основатель и глава Quinn Emanuel отправил не только Фэйт Грей, но и всем работникам фирмы:

«Фэйт, как жаль, что я не могу разделить выраженные тобою здесь возвышенные чувства. Когда-нибудь, возможно, смогу. Но не сейчас. Наверное в настоящий момент я слишком хорошо помню другие факты.

Например, что ты на самом деле совсем не была хорошо известна, когда пришла к нам из Уайт энд Кейс.

Что во время твоей работы у нас мы поддерживали тебя всеми возможными средствами и сделали из тебя юридическую звезду.

Что во время твоей работы у нас ты заработала значительно больше $100 миллионов – намного больше, чем ты когда-либо могла мечтать заработать.

Что когда ты захотела взять отпуск для обучения в магистратуре, мы поддержали твоё решение.

Что когда ты захотела вернуться и работать неполный рабочий день, мы поддержали тебя.

Что ты планировала свой уход из фирмы в тайне и, как мы теперь знаем, в течение нескольких месяцев.

Что сообщила нам о том, что уходишь, даже не телефонным звонком, а в имейле мне и Питеру, и приложила к своему сообщению предлагаемый проект совместного пресс-релиза.

Что сейчас планируешь забрать с собой как можно больше нашего бизнеса.

И переманить как можно больше наших юристов.

И я могу тебе сказать, что практически все юристы, которых ты здесь упомянула, довольно сильно на тебя злятся.

Должно же быть стихотворение об обмане или неблагодарности, которое будет более уместным?»

Кто-то может сказать, что это не бизнес, а эмоции, возможно даже излишние. Как бы сказали англо-саксы, it’s pretty awkward. Тем более что автор не мог не осознавать, что его переписка просочится за пределы фирмы. Конечно, эмоции. Этого не отрицает и сам Джон Куинн, подтвердивший своё авторство: «Да, это я написал и всё это правда. Я написал это в ответ на длинное приторное сообщение, которое Фэйт отправила всем сотрудникам вечером накануне её ухода. На самом деле, я меньше расстроен самим фактом ухода её и остальных, чем той скрытностью, с которой всё это было сделано, так как это не вписывается в те близкие отношения, которые, как мы думали, были между нами, и которые, как она заявляет в своём имейле, по-прежнему существуют. И да, я был раздражён её посланием».

Джон Куинн Источник фото https://www.law.com/americanlawyer/almID/1202732467993

Честно и без увиливаний. Искренность и прямота, даже кажущиеся не вполне политкоректными, всегда вызывают симпатию. А высокопарное лицемерие отталкивает. Эмоциональный всплеск одного из самых влиятельных юристов мира позволил всем заглянуть не только на кухню, но и в прачечную одной из крупнейших международных юрфирм, что как минимум поучительно. Нам остаётся пожелать обеим фирмам успеха, удачи и, конечно, добра и душевного спокойствия. А всем остальным совет: чтобы не получить публичную взбучку, не пишите коллегам пафосных писем о любви и дружбе, когда уводите у них бизнес.

PS: Примечательна публичная реакция Фэйт Гей на историю с имейлом Джона Куинна. Как бы ей ни хотелось это происшествие замолчать, какие-то слова говорить всё равно пришлось. И она сказала. В интервью американскому изданию Litigation Daily она отметила, что история с имейлом («к нам», как она выразилась, хотя резкое сообщение было адресовано ей лично) – в прошлом, и что ушедшие из фирмы юристы сделали всё в строгом соответствии с партнёрским договором и были «в высшей степени верны нашим бывшим партнёрам и клиентам». В общем, проехали и забыли и show must go on. Ожидаемые слова, сказанные примирительным тоном. И хорошо, что не в стихах.

 

Автор адвокат Левон Григорян, Коллегия адвокатов “Тарло и партнеры”